Злая шутка Большого Брандахлыста

Злая шутка Большого Брандахлыста

Одним жарким летним днем одинокий путник вступил своими короткими и слегка кривыми ногами на самую окраину Города. По сути, это даже был не Город еще — а один из подГородов — маленьких уютных предместий, которые тянулись на долгие километры, прежде чем переходили в вымощенные зеленым кирпичом улицы Города.
Путник был толст, лыс и небрит одновременно. Капли пота выступили на его несколько потерявшем форму лице и он представлял собой картину уставшего и замученного дорогой толстяка.
Пройдя пару улиц, он наткнулся на маленькую таверну на перекрестке двух узких и кривых улиц — почти таких же, как и его ноги.
Он с удовольствием присел за одним из столов таверны и откинулся на спинку стула… и через секунду уже лежал на земле в куче обломков. Стул оказался хлипким.

На шум из глубины таверны выбежал молодой человек неопределенной внешности. Уивдев разломанный стул, он покраснел от гнева, но, взглянув в глаза путника, сдержал слова, которые уже собрались выпрыгнуть из его маленького узкого рта. Вместо этого он натянул на лицо вежливую улыбку и спросил:

— Вы не сильно ушиблись, сударь?
— Сильно — ответил путник. — Но стакан доброго красного вина смягчит боль, а хорошо прожаренный стейк залечит раны.

Молодого человека передернуло от такой наглости. Он снова открыл рот и снова слова спрятались в нем и не стали выходить.

— Очень хорошо — ледяным тоном произнес он и ,резко развернувшись, удалился.

Толстый путник тем времнем аккуратно приземлил себя на другой стул, который, хоть и заскрипел под его весом, оказался крепче своего сигнувшего собрата.

Через несколько бексонечно долгих минут появился и молодой человек с пыльным графином вина в руках. Но когда глоток вина отправился в путешествие по пищеводу предвкушавшего наслаждение толстяка, у него перехватило дыхание. Это была самая жесткая и беспощадная винообразная моча, которую он когда-либо пробовал. На глазах выступили слезы, он несколько раз хватанул ртом воздух и зашелся в приступе кашля. Немного придя в себя, он аккуратно отставил графин подальше- пахло вино не лучше, чем было на вкус.

Когда через некоторое время молодой человек принес еду, толстяк был подозрительно вежлив и доброжелателен. Молодой человек пристально посмотрел на него, потом на графин, затем снова на него и не смог удержаться от вопроса:

— Как вино, сударь?
— Вино очень … интересное — аккуратно ответил толстяк

Еще раз пронзив странного клиента взглядом, молодой человек удалился, а толстяк схватил кусок стейка руками и откусил кусок … а точнее, попробовал это сделать. Но у него не получилось. Стейк был твердым как грудь памятника Матери Всех Богов и холодным, как ее же вагина. Толстяк чуть не сломал зуб, но вовремя выпустил стейк изо рта и тот упал обратно на тарелку с громким стуком.

На стук вышел молодой человек, бросил невинный взгляд на толстяка и спросил:

— Все ли у вас хорошо?
— Да, все замечательно — толстяк редко бывал таким любезным, как сейчас.
Молодой человек удовлетворенно кивнул и вернулся в таверну.

Бога-Шутника Большого Брандахлыста редко кто-то так же злил, как этот тщедушный молодой парень с маленьким ртом. Он даже немного растерялся от вариантов мести — просто убить наглеца, сжечь весь подГород, превратить его во что-то бесконечно жалкое и мрезкое или …

Но тут по его лицу тонкой трещиной зазмеилась ухмылка. Он придумал.

С тех пор тщедушного молодого человека мало кто где видел, но когда его встречали, то предпочитали отойти на другую сторону улицы ил выйти из одной с ним комнаты — настолько страшен и жалок был его вид.

Ведь с того момента, как Бог-Шутник тихо покинул его таверну, хозяин на всю оставшуюся жизнь был обречен пить только то вино и есть только ту еду, которую он подал в тот злосчастный для него день Большому Брандахлысту. Где бы он не был, чтобы не заказывал или не готовил сам, всегда получался пыльный графин мочевидного вина и каменный холодный кусок мяса, и еще … он не мог умереть по своей воле.

Шутка удалась.

Комментарии:

Оставить комментарий

Загрузка...